В эксклюзивном интервью главному редактору электронной газеты «События» депутат Госдумы от Татарстана рассказал, почему татарин возглавил комитет по делам национальностей, появится ли закон о российской нации и каким должен быть современный муфтий Татарстана.

Ильдар Ирекович Гильмутдинов

— Вас называют «теневым министром» по делам национальностей. Сейчас уже и не вспомнишь, когда представитель Татарстана был руководителем комитета Госдумы России. Как вам в этой роли?

— Конечно, не просто. Тем более, доверить комитет по делам национальностей выходцу из Татарстана и при том татарину, я думаю, для тех людей, которые принимали решение, оно было не простым. Вы знаете, что у Татарстана всегда есть свой подход, свое видение в области развития и, в том числе национальной политики. В назначении сыграла роль и то, что республика выстроила очень грамотную систему в области межнациональных отношений, как пример многим регионам. Я говорю это не с точки зрения представителя Татарстана, а как председатель комитета по делам национальностей, который видит, как устроена работа в других регионах России.

Сегодня в Татарстане есть документ в виде стратегии развития национальной политики, исполнительные структуры, которые отвечают за эту работу, несколько госпрограмм, которые реализуются в рамках этой стратегии. Есть мощнейшая общественная организация — Ассамблея народов Татарстана, которую возглавляет председатель парламента нашей республики Фарид Хайруллович Мухаметшин. В каком регионе вы видели, чтобы общественную организацию возглавлял один из руководителей республики? В виде инструмента по выстраиванию мира и согласия существует Дом дружбы народов. Не только в Казани, но и в других районах. У многих народов, живущих в Татарстане, созданы национально-культурные автономии. Им дают возможность через эту организацию реализовать свои потребности, которые они не могут получить в рамках деятельности государственных органов. Выстроена цельная, системная работа.

Поэтому это тоже сыграло некую роль, чтобы сказать, давайте на этом примере наладим работу на федеральном уровне. Сегодня мы предоставляем соответствующие документы другим регионам. В мае планируем провести в Казани большую конференцию с приглашением других субъектов, исполнительных структур, молодежных организаций, общественности для того, чтобы на примере Татарстана показать, как выстроена работа.

Мне, как руководителю Федеральной национально-культурной автономии татар России, вдвойне выгодно, чтобы такая система появилась и в других регионах, потому что тогда наши организации, которые там функционируют, получат реальную, конкретную поддержку в своей деятельности.

Сегодня в ряде регионов даже помещение не могут найти, чтобы предоставить возможность собираться вместе и обсуждать те проблемы, которые есть у народов, живущих на этой территории.

Конечно, комитет не простой. Как говорит председатель Госдумы Вячеслав Викторович Володин, у нас есть вопросы или отношения ко всем темам: культуре, образованию, молодежной политике, экономике и так далее. Мы присутствуем везде и отслеживаем процесс формирования законодательства, нормотворчества по всем направлениям для того, чтобы защитить интересы нашего многонационального народа Российской Федерации.

— На чем сегодня сосредоточена работа комитета? Можем проанонсировать законопроекты, которые разрабатываются?

— Вы знаете, чтоб была короткая осенняя сессия, поэтому основная работа развернется уже в этом году. Сейчас мы полностью анализируем то законодательство, которое есть. Запускаем два парламентских слушания. Одна из тем — сохранение родных языков. Тема острая не только для татар, но и для многих народов. Вторая — коренные малочисленные народы Севера. Их около 50. Они требуют очень серьезного внимания. У них нет реестра народов, есть проблемы доступа к ресурсам для того, чтобы сохраниться, как коренной народ.

Кончено, есть ряд законов связанных с социальной адаптацией мигрантов. Это тема звучит. Как бы мы не говорили, но мигранты у нас есть. Они приезжают по разным причинам, кто-то поработать, кто-то поучиться. Среди мигрантов есть и наши соотечественники, которые переезжают к нам на постоянное местожительство и испытывают большие трудности с получением гражданства.

Эти темы уже в рамках рабочих групп, в виде законопроектов обсуждаются. Сегодня мы формируем по ним повестку дня.

gilmutdinov1

— Главным опасным фактором, который может негативно сказаться на межнациональных отношениях в Татарстане, жители республики назвали миграционные процессы: резкое возрастание количества мигрантов, повышенная конкуренция на рынке труда. Как можно снизить напряженность в этом вопросе?

— В целом миграционный поток в Россию уменьшился, но он сохраняется. Буквально 4-5 лет тому назад были очень серьезные опасения, не захлестнет ли нас этот процесс? Те люди, которые к нам приезжали не знали нашей культуры, традиций, много было с их стороны и правонарушений. Но все-таки нам удалось за последние годы, приняв около десятка законов, эту волну правонарушений, волну незаконной миграции приостановить. Ведь самое страшное, что приезжали люди, которых никто не знал, никто не отслеживал и не контролировал. Нам удалось выработать в этом отношении систему.

Но вместе с тем вопросов осталось еще очень много. Мы должны ужесточить законодательство в отношении тех организаций, которые занимаются незаконной миграцией. Нам нужно понимать, а реализуются ли те нормы, которые мы приняли в том, что мигранты должны знать русский язык, аспекты нашей истории, культуры. А на самом-то деле так ли это? Вроде они получают какие-то документы об этом, а знать всю их подлинность мы до сих пор, наверное, не знаем. Кто получает патенты, определенное количество которых мы выдаем на то, что нам нужны рабочие руки.

Там много процессов, в том числе по определенной части мигрантов мы должны заниматься социальной адаптацией. Чтобы не просто их отправили в регион с чужой для них культурой.

— И для этого как раз надо создавать в регионах Дома дружбы народов, национально-культурные автономии…

— Абсолютно верно. Этим государство и должно заниматься совместно с общественными организациями — создавать такие центры, куда люди могут прийти и свои духовные потребности реализовать. Мы же не можем их лишить ни языка, ни культуры, ни традиций, которые у них есть. Если мы их будем где-то обособленно держать — это не выход. Поэтому мы должны через эти инструменты думать. В таком случае, при такой социальной адаптации я думаю, многие вопросы снимутся и у них, и у населения.

Не надо эту тему бросать. У нас иногда так бывает. Мы приняли закон, ограничивающие меры, а, как и кем, они исполняются, контролируются — не знаем. Так ни в коем случае быть не должно.

Мы сейчас формируем исполнительную структуру во главе с Федеральным агентством по делам национальностей, которое станет центром ответственности за эту работу. В регионах определится, кто будет заниматься социальной адаптацией и конечно, выйдем на федеральный закон, который бы наделил эти органы соответствующими полномочиями.

— Как руководителя комитета по делам национальностей не могу у вас не узнать вашего отношения к теме о ношении девочками платков в школе?

— Я об этом уже говорил и раньше. Может, мое мнение и критикуют, но я «за» то, чтобы девушки завязывали татарский платок и надевали закрытое платье. Татары никогда не надевали хиджабы. Сейчас по закону каждый субъект сам определяет стандарты школьной одежды. Но у каждого региона, школы есть своя специфика. В законе также есть норма, что необходимо учитывать региональные особенности. Но татарам не присуще ходить в хиджабе.

— Скажите, народы скольки национальностей сейчас проживают в России? Цифры в различных источниках порой не совпадают. Давайте озвучим официальные данные.

— В Российской Федерации официально зарегистрированы 193 национальности. У нас 249 диалектов, 187 языков. В системе образования функционирует, если не ошибаюсь, около 80 языков из них 30 языков, как предмет изучения.

— И вот вы заняты делами представителей всех народностей, которые проживают в России. Интересно было бы узнать, насколько те вопросы, которые озвучивают у нас в республике, сопоставимы с вопросами поднимаемыми другими народами. Их, не хочется использовать эпитет «проблемы», нет, не проблемы, а темы, совпадают?

— Хочу вас немного поправить, не я один, а мы все — начиная от простого гражданина заканчивая президентом, отвечаем за благополучие наших граждан, народов, которые проживают на огромной территории Российской Федерации. Каждый на своем месте должен делать все для того, чтобы укреплять межнациональные отношения. У нас страна одна. И для русского, и для татарина, и для чуваша — Россия одна. Другой Родины у нас нет. Мы все граждане этой страны. Мы должны, живя друг с другом в мире и согласии, уважая культуру и традиции других народов, двигаться вместе вперед.

Что касается совпадения тем, интересов то, конечно, оно огромно. Возьмите вопрос сохранения языков. Что русские не хотят, чтобы язык и дальше развивался, сохранялся, чтобы дети им владели в совершенстве, без какой-либо грязи? Конечно, хотят. И чуваши хотят, и марийцы, и татары. В этом отношении у нас общие интересы.

У коренных малочисленных народов еще больше проблем. У 25 народов язык на грани исчезновения. Они бы тоже хотели, чтобы язык не исчез, а сохранился. Вообще, чтобы вы понимали, у нас каждые две недели в мире один язык исчезает.

— В этой связи вопрос, какая на ваш взгляд сегодня самая «горячая» точка на карте России, где национальная тематика обсуждается наиболее остро?

— Я бы очень не хотел обозначать какой-то регион, потому что каждый регион своеобразен. Его развитие, историческое становление — они различны. У каждого района разная социально-экономическая ситуация. Ведь иногда многие межнациональные вопросы возникают из-за того, что нет работы у молодых людей. На этой почве зарождаются какие-то конфликты, когда местная власть ведет себя несправедливо. Кому-то помогает, а кого-то игнорирует. Принимаются несправедливые решения. Получается, что власть не работает системно и в результате возникают межнациональные конфликты.

Поэтому у государства была задача — создать систему мониторинга, чтобы своевременно отслеживать эти процессы и на них реагировать. Сегодня Федеральное агентство по делам национальностей запустила эту систему. Практически в каждом субъекте она налаживается. То есть, как только начинают какие-то конфликты, очаги разгораться мы сразу должны это выявлять вместе с региональными, муниципальными властями, общественными организациями принимать меры для того, чтобы этот очаг подавить, разобраться в причинах и принять соответствующие меры.

Это очень важная, нужная и необходимая система. Надеюсь, что вскоре мы увидим ее работу в полном объеме.

— В конце прошлого года прозвучала идея о создании закона о российской нации, эта тема была поддержана президентом страны Владимиром Путиным. Некоторые эксперты полагают, что в результате появления этого закона малым народам грозит растворение в российской нации. Есть ли в этом опасность?

— Всех хочу успокоить. Нет никакого прямого указа о создании единой нации или принятия об этом федерального закона. Просто президент предложил подготовить норматив о единстве народов, о сохранение культуры и языков народов, проживающих в одной стране. Будет ли этот документ? Пока рабочая группа над этим работает, и результаты появятся только летом. Но норматив не подразумевает слияния всех народов в одну нации. Здесь акцент делается на формирование единой политической нации в целях развития и укрепления страны.

— Вы один из самых опытных парламентариев от Татарстана. Для вас нынешний созыв парламента — четвертый. Вам есть с чем сравнивать. Скажите, насколько, та команда депутатов, которая сегодня сформирована в Госдуме России от Татарстана, способна лоббировать интересы республики на федеральном уровне?

— У нас самая большая делегация в Госдуме. Ни в одном регионе такой нет. Мы постоянно находимся на связи. Существуют определенные инструменты для того, чтобы мы не только между собой взаимодействовали, но и с республикой, с министерствами, ведомствами. Периодически наши действия, по поручению президента, координирует председатель Госсовета Татарстана Мухаметшин Фарид Хайруллович. Рустам Минниханов несколько раз в году встречается с нами. Для того чтобы скоординировать и направлять наши действия на те вопросы, которые актуальны для республики.

Вот сейчас идут коллегии министерств и ведомств. Мы все депутаты Госдумы находимся здесь, принимаем участие в этих коллегиях, получаем поручение от отрасли. Наша главная задача — исправлять прорехи в федеральном законодательстве, которые мешают нам двигаться вперед. Например, есть поручения поработать по ОЭЗ, регулирования алкогольного рынка — там много пробелов.

Конечно, второе наше большое направление — взаимодействие с нашими министерствами и ведомствами, активное участие в формировании федеральных целевых программ, государственных программ. Наши министерства участвуют в них, а под нами сформирована рабочая группа, куда входят представители ведомств. И мы лоббируем их предложения, чтобы интересы Татарстана максимально учитывались.

И третий пункт: мы выезжаем в наши избирательные округа, проводим приемы граждан. Несмотря на то — наш вопрос, не наш, мы стараемся вникать и по мере возможности оказывать поддержку людям в их решении.

Я бы очень хотел, чтобы и наше население об этом знало, понимало это.

gilmutdinov2

— Мы не можем обойти стороной тему строительства в Болгаре исламской Академии. Как вы видите основную задачу этого учебного заведения?

— Это уникальный проект, который был нам очень необходим. Не было слов, когда закладывался памятный камень в основание Академии. Эмоции переполняли! В этом огромная заслуга и нашего первого президента Минтимера Шариповича Шаймиева, который активно лоббировал этот вопрос, нынешний президент нашей республики Рустам Нургалиевич Минниханов, который взаимодействовал с нашими вышестоящими федеральными организациями, представителями духовенства, меня подключили для того, чтобы со своей стороны также поддерживал контакты с федеральными структурами, чтобы эта работа состоялась.

Нам важно, чтобы мы на территории Российской Федерации и в Татарстане, готовили духовных лидеров высочайшего уровня, которые бы занимались не только текущей работой, но и вели наше религиозное образование вперед.

Вот такого уровня учебных заведений у нас никогда не было. Вы же знаете, раньше наших религиозных деятелей мы отправляли за рубеж. Сегодня их подготовкой мы должны заниматься на нашей площадке. У нас ислам немного другой, чем в той же Саудовской Аравии, где моно-народ, где другие критерии, другие подходы к исламу, у них другие течения. Конечно, в нашей многонациональной стране, где много народов, много конфессий нам нужен другой подход, другое мировоззрение.

Наличие такой Академии позволит нам готовить высококвалифицированных специалистов в области религии, в области межнациональных отношений. Я очень надеюсь, что в результате мы получим священнослужителей, которые нашу мусульманскую умму поведут за собой вперед в том направлении, в котором мы привыкли видеть у нас в Татарстане, в России.

— В этом году умма Татарстана проведет выборы муфтия республики. Было бы интересно узнать ваше мнение о прошедших четырех годах работы Камиля хазрата Самигуллина. Справляется?

— Это, по сути, продолжение предыдущего вопроса. Я хочу добавить, что наша мусульманская умма не должна стоять на месте, она должна двигаться вперед. Вместе с республикой, вместе со страной. Мы все развиваемся. Представители религии должны шагать в ногу со временем. Не должна отставать. Тянуть нас назад.

В этом отношении он [Камиль хараз Самигуллин]… Я не хочу рекламировать, оказывать какое-то влияние своим мнением на выборный процесс, но он, я считаю, как раз тот человек, который соответствует завтрашнему дню нашей уммы. Может быть, его креативность для религии и непривычна. Он подобрал очень хорошую команду, я со всеми ребятами… Прошу прощения, что я так обращаюсь к нашим духовным лидерам, но я к ним так отношусь, потому что они очень активные, мобильные. Они работают на позитив. Я хочу, чтобы и дальше наш муфтият, наша умма работали на позитив.

События

 

Гильмутдинов: «У Татарстана всегда есть свой подход в области национальной политики»

Добавить комментарий